Сайт имеет возрастное ограничение 18+. Если вы не достигли совершеннолетия, то немедленно покиньте сайт

Наташа. Детский дом. Часть 3

- Ну что носы повесили? Не проводить же нам целых два дня в печали! А ну хватайте полотенца и побежали на речку купаться!
И Коля с Наташей подумали, что не так уж плохо оставаться дежурить с весёлой Вероникой, и через несколько минут они уже все втроём неслись на пляж их маленькой речки. Солнце только входило в свою по-летнему яркую силу, было не жарко, но очень-очень тепло. Быстро прогревающийся песок разлетался песчинками под босыми ногами, почти не оставляя на себе следов. Стаи недоумённо таращившихся кузнечиков перепрыгивались в траве под неугомонный стрёкот самых разных сверчков.
На берегу Вероника Сергеевна сняла юбку и лёгкую блузку и осталась в маленьких кружевных трусиках и в лифчике. И раздевающаяся Наташа тут же вспомнила, как приятно было смотреть на это стройное и упругое, загорелое, а местами совсем белоснежное тело, когда Вероника Сергеевна была совсем без ничего...
А вот Коля ещё никогда не видел любимую воспитательницу раздетой до трусиков и лифчика... Такое неожиданное счастье свалилось на него в первый раз! О чём он думал за минуту до этого, когда бежал по песчаной дорожке, было непонятно: ведь не предполагал же он, что Вероника Сергеевна будет купаться прямо в платье! Да, не предполагал - он, вообще, тогда думал неизвестно, о чём - и теперь полуобнажённое, прекрасное женское тело просто ошеломило его. Несколько мгновений он просто смотрел на Веронику Сергеевну, не отрывая глаз... И вдруг почувствовав, как что-то шевельнулось в его собственных трусах и боясь быть уличённым, быстро кинулся в прохладную воду, немедленно спасительно охладившую его пыл.
Целый день они купались, играли и загорали. Особенно всем нравилось гонять в ловита на берегу и по мелководью. Трудней всего, конечно, приходилось Наташе, как самой младшей. Но, во-первых, она оказалась не только самой маленькой, но и самой ловкой, особенно когда приходилось уныривать от них всех на глубину в речку. А, во-вторых, никто её в ловах долго и не держал, чтобы одинаково было интересно. Коле понравилось ловить Веронику Сергеевну, которая хоть и бегала быстрей всех, но воды боялась и заставляла обоих вылезать на берег, "а то я так не буду играть!".
А ближе к вечеру, когда солнце палило уже не так жарко, Наташа с Колей сбегали за "сухим пайком", как назвала Вероника бутерброды с маслом и сыром в сопровождении пакета молока, и все втроём после лёгкого полдника, успешно заменившего обед, блаженно растянулись на горячем песке в ласковых летних лучах.
- Наташ, ты умеешь делать массаж? - спросила Вероника из-под мышки - было лень даже пытаться приподнять голову от рук, так было хорошо на этом прогретом солнцем песке лежать абсолютно не двигаясь...
- Нет, я только "рельсы-рельсы" знаю! - честно призналась Наташа, садясь на попу и не притворно вздыхая.
- Пойдёт, Наташенька! Сделаешь, а? - Вероника Сергеевна потянулась обеими руками и расстегнула на спине лямки лифчика.
У Наташи слегка отпал вниз подбородок, а Коля, увидев, как полуобнажились вздутые белые шарики грудей приплюснутых телом Вероники, резко сменил позицию и перевернулся с бока на живот. Впрочем, видно почти ничего не было, просто Наташа и не думала никогда, что так можно загорать. Через несколько секунд она уже устраивалась поудобней на мягкой Вероникиной попе, проводя ладошками по стройной загорелой спине с полоской от лифчика и рассказывая историю о поезде просыпающем горох подобно манне небесной на радость курам, гу? сям и многим другим представителям животноводческой фауны. Коля осторожно поднялся, неловко прикрывая руками топорщащиеся трусы и сказал, что пойдёт "на минуту, окунуться".
- Наташ, а мне? - он вернулся минут через пять мокрый и улыбающийся как всегда.
- Ага! - легко согласилась Наташа, и Вероника осталась загорать с так и не застёгнутым лифчиком.
Колины мокрые трусы тут же промочили Наташу до письки, но это её только забавляло. А спина у Коли оказалась твёрдая, мокрая и холодная после речки, не то что мягкая и горячая спинка Вероники. Наташа несколько раз поведала Коле о железнодорожном происшествии, и Коля сказал: "Теперь на животе!". И ловко перевернулся прямо под едва привставшей Наташей. Наташа отряхнула его грудь и живот от налипших песчинок и начала заново бесконечное повествование, топочась ладошками о мальчишеские Колины рельефы.
И всё было бы ничего, только её очень тревожила мысль о том, на чём же теперь она сидит. Мягкий небольшой бугорок в Колиных трусах пришёлся как раз на маленький разрез её письки, и сидеть на нём было немного неудобно и жутко интересно. К тому же по ходу поезда бугорок этот начал твердеть и увеличиваться в размерах... Коля, как ни в чём не бывало, лежал, закинув руки за голову, и блаженно щурился на лучи предзакатного солнышка. Наташа даже поёрзала чуть-чуть на ставшей толстой и упругой палочке - в животике её всё сильнее теплело.
- Всё, Наташ, давай я тебе теперь! - Коля приподнялся на локтях, стряхивая Наташу на свои коленки.
На миг перед Наташей мелькнули вздутые колом чёрные сатиновые трусы и показавшееся из одной их штанины розовое яичко... Совершенно обалдевшая Наташа с наслаждением растянулась на горячем песке, а Коля устроился где-то позади неё, стараясь не давить всем весом на маленькие ножки. Он, похоже, не знал ничего о поездах, и поэтому просто лапал Наташину небольшую спинку, упираясь всё тем же бугром в расщелину трусиков облегающих её попку. Его осторожные пощипывания, нежные похлопывания и сильные тисканья привели, в конце концов, Наташу в какое-то чудесное и не совсем понятное состояние. Ей до того понравилось лежать на тёплом песке и чувствовать, как мнут её горячие Колины руки, как крепко стискивают её бёдрышки его коленки, как что-то сильно толкается прямо в её попу - она чуть не замурлыкала вслух от накатившего лёгкого удовольствия во всём теле! . .
Вероника из-под мышки украдкой наблюдала за играющими детьми. Потом потянулась, не приподымаясь, всем телом и произнесла тихонько: "И мне! . .".
Наташа беззвучно хихикала, глядя, как Коля изо всех сил старается сидеть над Вероникой Сергеевной, не касаясь её попы своей. Неудобно ему было при этом страшно, но он мял и тискал спину Вероники с каким-то напряжённым лицом и сосредоточенным усердием. "А животик?" , Вероника перевернулась под ним с той же ловкостью, что он сам переворачивался под Наташей, умудрившись при этом ещё и придержать на груди белые чашечки лифчика. Теперь торчащие Колины трусы были отлично видны не только Наташе... Но Вероника, казалось, не обратила на это никакого внимания. Подложив руки под голову, она улыбалась яркому солнцу, лифчик свободно лежал на её объёмных грудях, а под мышками оказался полностью обнажённым лёгкий золотистый пушок.
Коля с полминуты усердно стряхивал песок с бархатистого животика воспитательницы, а тот ещё, как нарочно забивался в её маленький изящный пупок и оттуда его можно было разве что только выдуть, но на это Коля уже никак не мог решиться... Он обессиленно опустился попою на большие мягкие бёдра Вероники Сергеевны и всё его измученное "достояние' благополучно опустилось прямо на её выпуклый под трусиками лобок. Коля принялся начинающими подрагивать руками "массировать" животик, панически боясь коснуться нижних чуть выглядывающих из-под лифчика краёв грудей. Через пять минут он был красный, как рак, и спасло его только весёлое Вероникино "А теперь купаться, быстро! В последний раз сегодня!".

* * *

Так пролетел первый день. Поздним вечером тёплого лета Вероника Сергеевна устроила отличный ужин на небольшом столике прямо на улице. А после ужина, когда уже совсем стемнело, они все вместе умылись, и Вероника Сергеевна отвела ребят в дежурную комнату, находившуюся рядом с её комнатой.
- Наташа, ты ляжешь на этой кровати, а ты, Коля, на той - у окна. Устраивайтесь и спокойного сна. Я здесь рядом у себя. Всё, спокойной ночи!
- Спокойной ночи, Вероника Сергеевна! - чуть ли не в один голос ответили Наташа и Коля.
И остались в почти полной темноте - только свет высокой луны падал через окно на Колину кровать. В этом таинственном свете ребята разделись до трусиков и нырнули в свои кровати.
Наташе долго не спалось. То ночь казалась душной, то постель слишком горячо обнимала, то подушка сбивалась на сторону, норовя улизнуть под кровать. Наташа вспомнила ту ночь, проведённую в баньке с Вероникой Сергеевной и попыталась сама щекотать пальчиками свои небольшие соски. Выходило, конечно, не так здорово, как у Вероники, но немножко всё-таки получалось, и всё вокруг потихоньку начало становиться тёплым и приятным...
Внезапно Наташа заметила, что бодрствует не одна - тихий скрип донёсся до её ушек. Она выглянула из-за одеялка осторожно и замерла: в лучах лунного света тихонько подрагивало одеяло на Колиной постели, образовав небольшой, но заметный бугорок над животом мальчика. "Коля тоже почему-то не спит..." , подумала Наташа, и игривая мысль мелькнула у неё в голове. Девочка села на постели и откинула одеяло. Колино одеяло тут же замерло. Наташа в одних трусиках подошла к Коле и тихо прошептала:
- Коля, я боюсь там спать, пусти меня к себе. Пожалуйста! . .
Коля сделал вид, что только что проснулся и, как будто спросонья, ответил сквозь напускную дрёму:
- Что-что? . . Ага, конечно... залезай скорей... наверно замёрзла вся...
И Наташа проворно нырнула под его приоткрытое одеяло. Она в самом деле чуть остыла за недолгое путешествие от своей кровати и с удовольствием прижалась к большому тёплому телу мальчика. Коля, только что увлечённо онанировавший на Наташу и Веронику Сергеевну, образы полуобнажённых тел которых не давали ему покоя весь вечер, оказался просто вне себя от возбуждения, когда эта милая маленькая девочка оказалась тесно прижатой к нему, и совсем ничего уже не мог поделать со своим торчащим колом членом, с особым трепетом внутри сознавая, что Наташин животик ощущает его упругую плоть.
- Коля, что это такое? - тихо прошептала Наташа.