Сайт имеет возрастное ограничение 18+. Если вы не достигли совершеннолетия, то немедленно покиньте сайт

Мамин метод

В шестом классе меня вряд ли можно было назвать душой компании. Не то что бы я сторонился своих одноклассников, прячась на переменах в школьной библиотеке или убегая из школы сразу после звонка, а просто старался особо не высовываться. Отсиживал свое в классе, дурачился со всеми на переменах, иногда гоняли в футбол после школы, но не смотря на все это, за эти годы я так ни с кем серьезно и не сдружился.
Меня редко наказывали за плохое поведение, да и успеваемость по предметам в целом была не плохая, исключение составляла только физкультура. "Гусиные" марши, прыжки через козла, лазанья по канатам и все остальные, подобные им, методы обязательного физического развития школьника я считал чистым нацизмом, и как мог увиливал от занятий. Впрочем нет, лазать по канатам мне нравилось. Физкультурником у нас был невысокий, с внушающей мускулатурой сорокалетний мужичок - Кузнецов Александр Сергеевич (думаю не стоит объяснять почему его прозвище было - Пушкин).
В конце второй четверти у нас был обязательный зачет по его предмету, но я его по своей глупости прогулял. Он согласился выставить мне оценку за четверть, но только с условием, что во время зимних каникул я схожу на четыре его дополнительных занятия. Деваться было некуда и мне пришлось согласиться.
На первом занятии, кроме меня было еще трое учеников из параллельных классов, также прогулявших зачет. В течении трех часов, Пушкин гонял нас кругами по спортзалу, заставлял прыгать через козла и вообще, оттягивался как мог. Наконец сжалившись над нами, он отправил нас в душ и по домам.
С трудом перебирая ногами, я добрался до раздевалки и быстро избавившись от трусов и футболки пошел в душевую. Прохладные струи воды приятно ласкали мое тело, помогая избавиться от пота и накопившейся усталости. Остальные "узники", быстро ополоснувшись уже вернулись в раздевалку, но я продолжал стоять под водой, размышляя о чем то приятном.
Я уже собрался уходить, когда в душевую вошел обнаженный Пушкин. Он подошел к соседнему со мной стояку и включил воду. Украдкой, стараясь не привлечь его внимания, я с интересом осматривал его с ног до головы. Раньше мне не приходилось видеть его голым, а взглянуть было на что - узкие бедра, мускулистый торс, мощные бицепсы. Мои глаза, против моего желания уперлись в его пах. Его член, покрытый густыми черными волосами, был не намного длиннее моего, хотя и значительно толще.
В то время я был девственником и еще ни разу не целовался с девчонкой. Но в общении со своим полом, я был гораздо опытнее. Тем летом, в пионерском лагере, мы с одним парнем из отряда, даже драчили несколько раз друг другу члены. Еще раз взглянув на член физкультурника, я заметил что он слегка увеличился в размерах. Чувствуя что и к моему органу тоже стала приливать кровь, я быстро выключил воду и пулей вылетел из душевой. Вечером в кровати, я медленно подрачивал свой член, представляя как Пушкин трахает меня в зад своим толстым органом.
Следующее занятие было практически копией первого, мы так же бегали по залу, кидали мячи и выполняли различные упражнения. Несколько раз я замечал что физкультурник бросает на меня взгляды, от которых по коже разбегались приятные мурашки.
После того как он нас отпустил, я снова задержался в душе, и через три минуты, после того как оттуда вышел последний ученик, в душевую вошел Александр Сергеевич. Он также встал рядом со мной и включил воду. Какое-то время мы молча мылись под струями горячей воды, иногда касаясь друг друга бедрами. Когда я наконец рискнул взглянуть на его пах, к моему удивлению, у него там уже все стояло. Открывшаяся головка его члена с узким концом, практически не отличалась диаметром от ствола, поэтому его стоящий член напоминал не гриб, а скорее толстый огурец.
Какое-то время я был не в силах оторвать взгляд от этого зрелища. Наконец я смог вернуть свою челюсть на место и стараясь не смотреть физкультурнику в лицо, выключил воду и бежал в раздевалку.
Чуть ли не бегом добравшись до дома, я тут же кинулся в туалет и сдернув штаны вместе с трусами занялся таким знакомым делом. Кончил я буквально за пару движений, вытирев туалетной бумагой свои подтеки со стены, я наконец то смог немного успокоиться.
Этим вечер я кончил еще два раза, при чем во второй раз я чуть не попался. Моя тринадцатилетняя сестра вошла в мою комнату без стука, и я с трудом успел убрать руку от члена. Трусы я натянуть не успел, а только накинул на себя сверху простыню, которая предательски выдавала мой стояк. Рита покопалась на книжной полке, и выбрав какую-то книгу, также молча вышла из комнаты, бросив на последок еще один взгляд на палатки моей простыни.
В последнее время стал замечать, что моя сестра стала часто заходить ко мне без стука, стараясь угадать такие моменты когда я переодеваюсь или готовлюсь ко сну (читай драчу). Однажды, когда я не до конца закрыл щеколду в ванне, она зашла туда, когда я стоял голым под душем. Нисколько не смутившись она извинилась без всякого сожаления в голосе и оценивающе оглядев меня с ног до головы вышла.
Третье занятие продолжалось всего час, после чего физкультурник отпустил всех домой, оставив в зале только меня и еще одного парня из младшего класса. Отправив его прибираться в раздевалке, Пушкин предложил показать мне несколько упражнений, с помощью которых я бы мог быстро улучшить свою физическую форму. Во время этих упражнений он часто подходил ко мне вплотную сзади, и иногда я даже мог чувствовать его стоящий член. Помогая мне на турнике, он поддерживал меня правой рукой, запустив большой палец в ложбинку между моих ягодиц, а указательным, массируя меня прямо под мошонкой. От этих движений я чуть не кончил прямо в трусы, даже не касаясь своего члена. Минут через сорок, когда мой член уже был готов вот-вот взорваться, он отпустил меня домой. Я прождал его в душевой почти пятнадцать минут, но он так и не появился. Вернувшись в раздевалку я быстро оделся и не встретив второго ученика, ушел домой. Дома, до прихода сестры, я успел выполнить домашнее задание и дважды кончить.
На последнем занятии нам пришлось сдавать зачеты, и вовремя прыжков в длину я сильно потянул мышцу правого бедра. Оставив остальных учеников играть в баскетбол, Александр Сергеевич помого мне добраться до раздевалки. Врача в медпункте в этот день не было, все таки каникулы, поэтому он сам предложил растереть мне мышцу. Не долго думая я согласился.
Физкультурник попросил меня стянуть трико и когда увидел что под ними длинные семейные трусы, предложил снять их тоже, аргументируя это тем ято они будут мешать. Жутко покраснев, и с быстро бьющимся сердцем я стянул трусы до щиколоток.
Александр Сергеевич посадил меня на скамейку и сказал чтоб я откинулся на стенку и расслабился. От его первого прикосновения к моему колену я вздрогнул, но тут же замер. Руки преподавателя были теплыми и удивительно мягкими. Он начинал растирать мое бедро, постепенно поднимаясь все выше к паху. Судорога отпустила меня еще в зале, но я молчал об этом, стараясь получить как можно больше новых ощущений.
Вскоре растирания стали быть все больше похожими на поглаживания. Несколько раз тыльная сторона его ладоней задевала мою мошонку и головку члена, на что я быстро среагировал сильной эрекцией. Еще минута, и я почувствовал что его прикосновения к моим гениталиям становятся все настойчивее. Когда он полностью обхватил мой член рукой, я лишь негромко вскрикнул и тут же прикусил губу. Видя что я не препятствую ему, после пары движений, Александр Сергеевич заменил свой кулак ртом, в который я и кончил секунд через пятнадцать. Не говоря мне ни слова, и стараясь не поднимать взгляд, он вышел из раздевалки.
Наши отношения с ним продолжались около двух месяцев. В основном у нас был оральный секс. Пару раз он пытался войти в меня сзади, но его член был все таки велик для меня, и ему приходилось довольствоваться лишь двумя пальцами в моем анусе.
В течение следующего года я сменил семь партнеров. В большинстве это были такие же подростки как и я, жаждущие секса, но слишком робкие чтоб найти себе для этого девчонку. Так же мне удалось несколько раз трахнуться с одним из приятелей моего отца. Его член оказался очень тонким, и при проникновении, даже несмотря на длину, я не испытывал боли, а лишь удовольствие.
Моим последним партнером мужского пола оказался Андрей, четырнадцатилетний парень, с которым я познакомился на даче. Дружили мы с ним почти два лета, но на более близкие отношения, перешли после того как я однажды заметил какие заинтересованные взгляды он бросает на мой член в бане. Андрей не любил когда я трахал его в задницу, предпочитая этому обоюдный минет. Поэтому вскоре, нашим любимым времяпровождением оказалась позиция "69". Именно в этой позиции, как мне кажется, нас и застала моя мать.
Я не уверен что все было именно так, поскольку она мне никогда не рассказывала об этом, но думаю что происходило все следующим образом. Мы с Андреем были у меня в комнате, лежа в нашем любимом положении. Было около часу дня, сестра лишь недавно ушла в школу, а до прихода родителей с работы, оставалось еще по крайней мере часа три. Негромкая музыка из магнитола, все таки оказалась достаточно громкой, чтоб заглушить щелчок открываемого замка. В магазине, в котором работает моя мать, отключили электричество и продавцов отпустили по домам пораньше.
Раздевшись в коридоре и занеся сумки на кухню, моя мать, приоткрыв дверь, заглянула ко мне в комнату. Увлеченные членами друг друга, мы с Андреем даже не заметили ее появления. Простояв около минуты, моя мать осторожно прикрыла дверь, и стараясь не шуметь быстро покинула квартиру.
Именно с этого дня, ее отношение ко мне, в определенном смысле, изменилось. Она не стала любить меня меньше, а стала любить меня иначе. В первую очередь это коснулось ее повседневной одежды. Дома она теперь ходила исключительно в халатах, которые по своей длине, как мне казалось, были даже короче чем халаты моей сестры. Она не застегивала их на пуговицы, а просто перетягивала пояском, что позволяло им довольно часто распахиваться. Так что у моей мамы, вскоре не было нижнего белья, которое бы я не видел на ней. Ближе к лету, когда на улице установилась жара, она сначала просто перестала носить нижнее белье, а потом сменила свои халаты на полупрозрачную ночнушку, которую носила на голое тело.
Казалось что н моя сестра, ни отец, не замечали ее новый стиль. Впрочем нет, отец замечал. Они стали заниматься сексом практически каждую ночь, иногда даже и днем, закрывшись на кухне, и включив телевизор погромче. Мама старалась не упустить ни одного случая, чтоб обнять или поцеловать меня. При чем ее объятия со временем стали довольно интимными. Она не просто обнимала меня, а прижималась ко мне вплотную, тараня своей грудью и вжимаясь пахом к моему члену. Естественно я не мог этого игнорировать и поначалу даже стеснялся своего вставшего члена. Но заметив что мать не обращает на это никакого внимания, вскоре освоился, и уже сам старался потереться о нее своим органом. Все мои голубые развлечения совершенно вылетели у меня из головы. На улице я замечал теперь только женщин и исключительно женщин.
Где-то в конце июня, моя мать получила отпуск. Она собиралась отдохнуть подальше от отца, в небольшой деревне, на берегу озера, где жила ее мать, наша бабушка. Меня и сестру она взяла с собой. Добираться туда надо было на поезде, почти сутки. От вокзала поезд отправлялся после полуночи, по этому добравшись до своего купе, мы сразу же улеглись спать. Мама с сестрой на нижних полках, я на верхней. Полку напротив меня так и осталась пустой.
Пока я ходил в туалет, женская половина нашей семьи улеглись, и уже выключила свет. Пробираясь на свое место, я заметил на столике пузырек из под таблеток. Моя мать плохо засыпала в незнакомых местах, поэтому в отпуск всегда брала с собой снотворное.
Я залез на свою полку, и какое-то время смотрел в окно, на пролетающую мимо ночь. Спать совершенно не хотелось, покопавшись в своей сумке, я извлек на свет книгу и фонарик. Побродив немного вместе с командой Сайреса Смита в дебрях Таинственного острова, я наконец вернулся в купе, и отложив книгу попытался уснуть. Переложив несколько раз подушку, я наконец понял, что от сна меня отвлекает звон ложки в стакане, стоящем на столе.
Перегнувшись со своей полки вниз, я подхватил ложку двумя пальцами, и осторожно положил ее на столешницу. Забираясь обратно, я случайно глянул на полку на которой спала мать, и тут же чуть не слетел на пол. Моя мать крепко спала на спине, укрытая простыней только до пояса. Ее голые груди, призывно белели в темноте, отражая слабый свет из окна. Я перевел взгляд на полку сестры. Она тоже спала, отвернувшись к стене.
Проявляя максимальную осторожность, чтоб ничего не заскрипело и не хрустнуло, я тихо спустился на пол, и замер на корточках возле спящей матери. Когда мое дыхание немного успокоилось, я как можно ближе приблизился к телу матери, впервые так близко рассматривая обнаженную женскую грудь.
Даже не замечая, что я делаю, я протянул руку и положил ее на грудь матери, закрыв ладонью ее левый сосок. Ее грудь немного колыхнулось, но она даже не пошевелилась. Ощущение тепла и мягкости под рукой, доводило меня просто до безумия. Член уже давно стоял столбом, и я лишь немного сдвинул в сторону трусы, выпуская его наружу.
Захотев увидеть побольше, я аккуратно, полностью стянул с матери простынь, которой она была укрыта. Трусиков на ней не было, и теперь я мог видеть ее густо заросший лобок. Решив проверить идею пришедшую мне в голову, я повернулся к своей сестре, и приподнял ее покрывало. Как я и думал, она тоже спала голой. Ее маленькая попка выглядела удивительно крепкой, похожей на мальчишескую, в которых я уже знал толк. Но сейчас, тело моей матери привлекало меня намного больше, поэтому вернув на место прокрывало, я снова вернулся к ней.
Просто видеть, мне было уже недостаточно, мои руки стали жадно бегать по самым интимным частям ее тела. Одурманенная снотворным, моя мать ничего не замечала, сладко посапывая. В какой-то момент, сестра перевернулась на другой бок, и несколько секунд мне казалось что она вот-вот проснется, и разбудит мать, но она снова затихла.
Совсем осмелев, я забрался на полку к матери, и встал на колени зажав ее между своих бедер. Я наклонился вперед, и мой член оказался на подстилке ее лобковых волос. Затянув в рот один из ее сосков, я стал играть с ним языком, слегка покусывая зубами. Вскоре он затвердел, и я занялся другим. Вдоволь поласкав ее грудь, я захотел все-таки поиметь ее полностью.
Вспоминая многочисленные истории слышанные от друзей, я постарался пошире раздвинуть своей матери ноги. Когда мне это удалось, я улегся на нее сверху, и опираясь на локти стал елозить своим вставшим членом по ее пизде, не попадая внутрь. Через пару минут, я догадался помочь себе рукой, но все равно ничего не выходило. Головка члена, лишь зарывалась под ее наружные губы, а потом, скользя по обильно выступившей смазке, выскальзывал на живот.
- Попробуй чуть, пониже...
От голоса сестры, раздавшегося в темноте купе, я буквально подпрыгнул с тела матери, и рухнул на пол.
- Извини, я не хотела тебя напугать.
Моя сестра сидела на своей полке, слегка раскинув ноги. Покрывало спало с ее плеч, обнажая острую подростковую грудь, но казалось, она не замечает этого.
-Т... тт... ты... - Пару секунд мне казалось что мое замершее сердце так больше никогда и не забьется, но вот оно сделало первый глухой удар.
- Я говорю, что попробуй сунуть свою штуку чуть пониже. Вот смотри, - она по деловому откинула покрывало пошире раздвинув ноги, пальцами раскрала свою щель. - Вот сюда.
Средним пальцем она указала на вход во влагалище. Видя что я не двигаюсь, она слезла со своего места и подошла к полке матери.
- Давай, не боись. Я тебе помогу.
Все еще не веря в происходящее, и ожидая какого нибудь подвоха, я снова залез сверху на тело матери.
- Вот так... - Сестренка зажала мой немного увядший член своим кулачком, и сделала несколько движений вверх-вниз. Заметив мой недоуменный взгляд, она рассмеялась. - Да я просто видела, как вы это сами делаете.
Когда член обрел былую твердость, она точным движением направила его во влагалище нашей матери, а сама, опустилась на корточки, внимательно наблюдая.
Впервые оказавшись внутри женского тела, я растерялся от обилия получаемых ощущений. Мой член погрузился в жаркий колодец, с бархатистыми стенками, буквально обволакивающими его. Мужской зад по сравнению с этим казался если и не наждачной бумагой, то чем-то очень схожим. Сдерживаться было просто невозможно, не успев сделать и пары движений, я почувствовал что кончаю.
- Только не в нее! - Заметив по моему перекосившемуся лицу приближающийся оргазм, сестра схватила меня за плечо, стаскивая с матери.
Мой член выскочил из ее влагалища, орошая все вокруг потоками спермы. Несколько капель попали и на сестру.
- Извини, что испортила кайф, но она могла бы завтра догадаться о том что случилось. Давай, лезь к себе, а я тут приберу.
Дождавшись, когда я заберусь на свою полку, она вытащила из-под подушки свои трусики, и тщательно вытерла ими тело матери, особо уделяя внимания ее промежности. Со своего места я видел как ее пальцы, обернутые тканью, погружаются внутрь влагалище. Закончив с эти, она накинула халат и вышла из купе. Ее возвращения я так и не дождался, погрузившись в глубокий сон
Утром я проснулся около двенадцати, но остался лежать, притворяясь спящим. Я совершенно не знал как себя вести, и боялся что чем нибудь выдам себя и мать все поймет. Лежа на своей полке, я слышал как она листает какой-то журнал, а сестра вышивала на ободе. Время от времени они тихо переговаривались, стараясь не разбудить меня своими голосами. Наконец мне надоело притворяться и решив что будь что будет. Я легко слез со своего места.
- О, ну наконец то наш соня проснулся! - мама с улыбкой смотрела на меня. - Чем это ты всю ночь занимался?
- Читал...
Стараясь на сводить своего взгляда с пола, я нашел свои тапочки, и надев их пошел умываться. Когда я вернулся, мама уже накрывала на стол, а сестра с интересом смотрела в окно. Наскоро перекусив, я вновь забрался на свою полку и уткнулся в книжку.
Ближе к вечеру, видя что мама так ничего и не подозревает, я немного отошел, и мы даже вместе сыграли в карты. Сестра, вела себя так, будто ночью ничего не произошло, и я даже стал задумываться, а не приснилось ли мне все это.
Поезд прибыл почти точно по расписанию, и мы тут же не задерживаясь пересели на автобус. Ехать было около двух часов, а потом еще два километра пешком, поэтому в деревню мы прибыли глубоко за полночь. Едва добравшись до бабушкиного дома, мы тут же разбрелись по кроватям и уснули..
Я люблю проводить лето в деревне, свежий воздух, купание, зелень с грядок. Никто не требует от тебя не уходить из двора или сбегать в магазин за хлебом. Просто живи и радуйся. Поначалу меня правда напрягало как вести себя с сестрой, но она вела себя как обычно, так что со временем наши отношения стали такими же как и раньше. Ну может быть чуть-чуть более раскованными и откровенными.
На третий день я познакомился с парнем, живущим через два дома от нас, который тоже приехал из города на лето. Его звали Олег, и он был чуть младше меня. Если бы мы познакомились с ним где-то с полгода назад, меня бы очень заинтересовала его попка. Но теперь, куда больший интерес у меня вызывала попка его матери.
Днем мы бегали купаться и загорать на озеро, ходили в лес за ягодами или играли в войну. По вечерам, мы сидели у нас на веранде, болтали или играли в карты. Иногда к нам присоединялась моя сестра, или другие подростки из приезжих. Но чаще, мы все-таки были вдвоем.
Именно Олег в первый раз показал мне нудистский пляж. Утром мы как обычно собрались в лес, но на этот раз он сказал мне прихватить бинокль. Я думал что мы пойдем на гору, о которой он мне рассказывал, с нее видно километров на двадцать вокруг, но я ошибся. Мы вышли на шоссе, и около пяти километров шли пешком. На все мои вопросы Олег лишь загадочно улыбался, и советовал мне потерпеть.
Скоро мы сошли с дороги и двинулись через лес. Минут через пятнадцать я почувствовал усиливающийся запах воды, а впереди между деревьев блеснула гладкая поверхность озера. Мы вышли на берег и свернули налево. Пляж здесь был значительно лучше чем тот где мы купались возле деревни. Пройдя метров триста, мы уткнулись в высокий, почти два метра высотой, забор. Олег снова зашел в лес и подошел к старой толстой сосне, с прибитыми к стволу перекладинами. Он первый забрался наверх, и позвал меня за собой.
Вскарабкавшись на ветку, я наконец смог увидеть конечную цель нашего путешествия. Пляж окруженный забором был совершенно обычным, с лежаками, грабами от солнца, туалетом и небольшим кафетерием. Единственное исключение состояло в том, что все отдыхающие на пляже были совершенно голыми. Лишь несколько женщин оставались в плавках от купальников, с обнаженной грудью.
Я конечно слышал о нудистах, но впервые видел их в живую. От обилия обнаженных женских тел всех возрастов рябило в глазах. Мужчин же я просто не замечал. Мы просидели на дереве почти пять часов, иногда спускаясь вниз чтобы подрочить, а к ужину уже были дома как примерные детки.
До конца недели мы хотели сходить туда еще раз, но все как то не получалось. А в воскресенье, моя мать позвала нас с сестрой съездить на пляж с хорошим песочком, недалеко от деревни. Я и не предполагал что она говорит именно про ТОТ пляж, и по началу даже отказывался. Но мама меня все-таки уговорила.
Пока мы ехали на попутке, а потом шли пешком по узкой грунтовой дороге, я все еще не подозревал о том что мы направляемся на нудиский пляж. А понял это, лишь увидев знакомый зеленый забор и закрытые металлические ворота. Перед тем как открыть калитку, мама посмотрела на нас...
- Ведите себя естественно, и ничему не удивляйтесь.
Она пошла вперед, а мы с сестрой затрусили следом. Когда мы вышли на пляж, мама снова взглянула на нас, видимо, желая увидеть нашу реакцию.
Сестра замерла на месте, чуть приоткрыв рот. Я постарался тоже сделать удивленное лицо, и обведя взглядом пляж, посмотрел на мать.
- Мне уже давно рассказывали про это место, - она улыбалась. - Вот я и решила взглянуть. Мы ведь цивилизованные люди, и нам нечего стесняться.
Качая пляжной сумкой, она пошла поближе к забору, где было довольно мало народу. Как мне показалось, несмотря на свои слова, она все-таки немного стеснялась. Найдя чистый песок, мама достала из сумки покрывало, и расстелила его. Не глядя на нас с сестрой, она стянула свой сарафан, оставшись в купальнике. Заведя руки за спину, она расстегнула вершину купальника, и бросила его на песок. Не оставляя себе времени на размышления, она поддела пальцами резинку плавок, и резким движением сдернула их вниз.
Я заметил, что когда она распрямлялась, ее руки, чисто инстинктивно попыталась закрыть низ живота, но она поборола себя и встала широко разведя руки.
- Ну, как вам ваша мамочка?!
Сестра одобрительно хмыкнула, и принялась за свой сарафан. Я быстро стянул с себя футболку и шорты вместе с трусами. Стараясь успеть пока мой член не среагировал на всеобщее обнажение, я улегся на покрывало животом. Мама с сестрой, напротив легли на спины.
День прошел замечательно. Я пообвыкся, и после того как пару раз зашел в воду чтобы кончить, мог быть уверен что мой член уже не будет стоять как телеграфный столб. Мы поиграли в мяч, поплавали в масках, даже немного поборолись с сестрой. Домой мы начали собираться лишь когда стало темнеть.
После этого мы еще несколько раз вместе ходили на этот пляж. Три раза мы брали собой Олега, и один раз он ездил вместе со своей матерью. Попка у нее действительно оказалась отличной.
В первых числах августа мамин отпуск, к сожалению, истек, и мы вынуждены были возвращаться. В купе поезда, как по заказу, снова одно место было пустым, и мы с сестрой с нетерпением ждали ночи.
Часов в десять, мама приняв таблетки улеглась спать, а мы с сестрой тихонько играли в карты. Часа через два, дождавшись когда наша мать крепко уснет мы принялись за свои развлечения. Не сговариваясь, мы с сестрой быстро разделись и стянули простыню со спящей нагишом матери. Я тут же залез на нее сверху, и немного полоскав ее рукой между ног, добиваясь смазки, погрузил свой член в ее влагалище. Сестренка в это время, стала елозить своей промежностью по правой руке нашей матери, активно лаская ее грудь. Часа через четыре, полностью измотанные, мы наконец оставили маму в покое. Приведя ее в порядок, мы забрались на свои полки и уснули.
В городе стояла ужасная жара, температура, даже по ночам не опускалась ниже двадцати восьми градусов. Сразу по приезду, мы проявили на фотографированные пленки и сделав фотографии показали их отцу. Среди этих снимков были фотки и с нудиского пляжа. Казалась, что отец не капельки им не удивился, словно заранее знал что мама собиралась отвести нас позагорать голыми.
Август выдался жарким и удушливым, не помогали даже широко открытые окна. А так как в семье мы друг друга больше не стыдились, то совершенно естественно, стали вскоре ходить по квартире без одежды.
Сестра больше никогда не упоминала про инциденты в поезде, а у меня вскоре появилась своя девушка, и сексуальный интерес к моей матери упал. И хотя потом несколько раз и возникали ситуации, в которых если бы я оказался чуть поувереннее в себе, то смог бы заняться с ней любовью, но я все таки не решился на это.